Серый стих
Теперь поговорим о стихах и только о них, а то что-то я все о прозе да о прозе, в то время как искушенный читатель может мне сказать: «ни черта-то ты, паренек, прозу писать не умеешь».
Что такое стихи в общем понимании – знают, по сути дела, все, хоть когда-либо их читавшие или слышавшие. Все знают, что у стихов есть определенные признаки. Основной признак – разбиение произведения на строки. В общем-то, это – единственный строгий признак стихов, остальные все соблюдаются не всегда. Из остальных признаков можно выделить: ритмичность (своеобразный способ подачи с помощью ударений и пауз), рифму (о ней говорилось раньше) и своеобразный поэтический язык, к которому предъявляются несколько иные требования, нежели к языку прозаическому. Например, в поэтическом языке допустимы неграмотности в построении предложений, искажения слов, иногда – искажения ударений в словах. Лично я не люблю, когда извращается звучание слова, но в принципе это допустимо.
Так же практически любой знает, что такое белый стих (без рифмы), вольный стих (без ритма) и свободный стих (верлибр – вообще не нуждающийся ни в чем, кроме графического деления на строки).
Поэтому перейду без особых обиняков к «серому».
«Серый» стих – это истинная радость графомана. Да-да, мои дорогие графоманы! Чтобы вас не обвиняли в измене Музе достаточно сделать несколько простых телодвижений, и вы увидите, что вы – не такая уж и бездарность, как почему-то кажется всем окружающим. Конечно, без некоторого знания языка и чувства эстетики даже такой простой инструкцией воспользоваться сложно. Но – не будем заниматься унижением себя и окружающих, перейдем непосредственно к инструкции.
Первое. Надо придумать эффектную концовку. Без разницы, о чем повествует стихотворение, надо придумать такую концовку, чтоб она убивала наповал. Предположим, концовка будет такая: лирический герой просыпается и понимает, что находится в могиле. Неплохо, правда?
Второе. Надо выбрать основной метр. Если стихотворение печальное – лучше использовать трехтактовый ритм – амфибрахий или анапест – ими легче всего будет написать в нужном настроении. Если агрессивное или смешное – лучше двутактовый, скажем, ямб в случае агрессии или хорей – в случае веселого. Но не стоит перебарщивать: если у вас уже готовы некоторые строки в печальном стихотворении, и написаны они ямбом – совершенно не обязательно их перерабатывать под амфибрахий, особенно если вам кажется, что они получились удачными. Я, к примеру, захочу написать страшное стихотворение – и избираю ямб.
Третье. Подбирается ритмический рисунок и рифмовка. Вот уж где можно дать волю воображению! Например, если вы намереваетесь написать две строфы по четыре строки – можно в каждой строфе сделать в первой строке – две стопы, второй – шесть, третьей – пять и в четвертой – три. Но лучше сильно не расходиться с этим. Рифмовка – тоже весьма богата на возможность «выпендриться». Например, если строфа из восьми строк, можно придумать рифмовку с рисунком А-Б-А-В-А-Б-В-А. Что мешает? Ничего не мешает! Но и с этим сильно расходиться я б не советовал, особенно если вы хотите прописать какой-никакой сюжет – сложный ритм и сложная рифмовка весьма осложнит вам задачу.
Предположим, я изберу пятистопный метр, с рифмовкой А-Б-А-Б.
Ну и самое последнее – написание непосредственно стихотворения. Суть процесса сводится к тому, что вы можете написать совершенно любое стихотворение, хоть чем-то связанное с концовкой. Главное дело сделает концовка, можете быть в этом уверены. Поэтому если концовки нормальной у вас нет – возвращайтесь к пункту первому.
Мой пример:
Мне снился сон: я шел через болото,
И, с кочки оступившись не туда,
В трясину угодил и понял: вот он
Конец пути, зловонная вода.
Смотрел во сне я на луну тоскливо,
Выл на нее, закусывал губу,
Я утопал в грязи неторопливо...
И вдруг проснувшись, понял: я в гробу.
Если же вы умеете писать и без всех этих пунктов – пишите без них. Так лучше, честное слово.
Итак, вот вам упражнение.
Сочините ироничное стихотворение, в концовке которого лирический герой узнает, что, побывав в прошлом, он переспал со своей собственной матерью, и приходится отцом самому себе.
