Сонеты

Художник рисует меня, и меня ли,

как шило на мыло, слова на рубли,

мазки на холсте навсегда поменяли,

и не перекрасить, и не соскоблить.

Меня ли теперь больше нет за границей

холста – я уже стал другим, и пускай

еще не закончен портрет, измениться

несложно, когда состоишь из песка.

Словами, поступками и именами

земля за себя удержаться не даст.

Вода прочь уносит, вода точит камень,

не видит различий родов, рас и каст.

Прибой беспощаден с песчаными нами.

Прибой милосерден с портретами нас.

Повсюду мрак, повсюду беспорядок,
бесформенны, бессмысленны цвета,
лютует скупость, душит нищета,
ленив поток всеобщего распада.

Мечты, мечты – единая отрада,
поверх реальной жизни, как холста.
Душа до их явления пуста,
а после них – безрадостный осадок.

Мечты и сны – картина в рамке быта,
в ней живо то, что ранее убито,
в ней сладостен покой, приятен звук.

Земную жизнь пройдя до половины,
я, как дитя, ловлю штрихи картины
глазами, и как будто в ней живу. 

Ты сегодня проснулась опять.

Ты опять испытала усталость.

Ты опять не на ту ногу встала,

и теперь неудобно стоять.

Снова холодно, всюду туман,

всюду мгла и сугробы глухие –

это слишком чужая стихия,

это слишком чужая зима.

И размазывает в зеркалах

очертания вязкая мгла,

погружая тебя в эту зиму.

Им не верь, что ни скажут они,

не тони в зеркалах, не тони:

в их пространстве ты неотразима.

Такая жизнь, что спорить бесполезно,
Ей все едино, только ею дом
Безумствует, она везде, кругом,
Ее покой – сродни полету в бездну.

Но был ли кто-то столь со мною честным?
Еще не зная, что тебе дано,
Как сильно ты мечтаешь об одном –
Уйти отсюда, онеметь, исчезнуть.

Довериться стремишься немо ты
Агонии боязни темноты.
Исторгнута прощальная тирада.

Доказанная жизнь в аду моем
Тебя толкает прочь, в дверной проем.
Иди туда, там жизни нет. И ада.  

посв. Е. Хомкину

Я просыпаюсь. Или все же

Я засыпаю – не понять:

Вокруг безумно мало дня,

И больше, чем на сон похоже.

Хоть окна те же, небо – то же,

И точно так же нет меня –

Я растворен в потоке дня.

Но ощущаю (быть не может),

Как луч ночами небо пашет,

Он явно жив, он дышит даже,

Как день приходит, и в карман

Ключи бросает счастье наше.

А в облачной бесцветной каше

Торчат унылые дома.